Даниель Габриель Фаренгейт

Перед вами чувак, который в самом начале восемнадцатого века изобрёл термометр.

Его звали Даниель Габриель Фаренгейт.

Смотрите, кто забыл, и кто не знал: после Фаренгейта Цельсий взял точку замерзания и точку кипения воды, разлинеил шкалу на сто отрезков, и теперь мы пользуемся этой системой измерения повседневно. После Цельсия Томсон (он же Лорд Келвин в последствии) взял теоретический абсолютный ноль (–273,15 по цельсию), не парился с максимумом, просто приравнял один градус своего измерения одному градусу Цельсия.

Что же взял за ноль Фаренгейт, зададитесь вопросом Вы? Это очень оригинально: Данила почесал за ухом, миксанул на глаз в банке нашатырь с водой, добавил колотого льда, и, очевидно, вынеся банку на мороз, очень логично взял за ноль точку замерзания вот этой хрен знает в какой пропорции намешаной жижи. А угадайте, что при таком раскладе он решил считать сотней градусов? Температуру человеческого тела! Почему не тысячей? Так шкала бы тогда была слишком длинная. ну представьте, доктор говорит больному: бабушка, у Вас температура 103 градуса! А бабка такая – ну и пофиг! сто или стотри, разница никакая.

Зато у Цельсия страшно. 36,5 И ТУТ ВДРУГ ВНЕЗАПНО ТЕМПЕРАТУРА 38,2! Ой! Ах! Паника! Жена за лимонами! Дети по углам!

Короче, Цельсий и Кельвин гораздо круче этого придурка, хотя тот, конечно, был первым. Хоть и долбанутым слегка. Чао.